Показания для доказательства вины по ст 228 ч 4 УК РФ

Обстоятельства, при которых нарушение права на защиту приводит к признанию доказательств недопустимыми и постановлению судом оправдательного приговора по ст. 228.1 УК РФ

Показания для доказательства вины по ст 228 ч 4 УК РФ

>500200172%100%
дел в нашей практикегод начала работы по делам о наркотикахдел доведены до положительного результатагарантия конфиденциальности

Адвокат Фомин Михаил Анатольевич

«Обстоятельства, при которых нарушение права на защиту приводит к признанию доказательств недопустимыми и постановлению судом оправдательного приговора по ст. 228.1 УК РФ»

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  ПРИГОВОР

от 23 декабря 2015 года

Дело № 22-2070/2015

(извлечение)

Суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры Тюменской области, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката  осужденного К.

на приговор Нижневартовского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (далее ХМАО – Югры) от 28 октября 2015 года, которым К., обвинявшийся в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 2 ст.

228УК РФ, признан виновным и осужден за преступления, предусмотренные п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228 УК РФ, установил:

Приговором Нижневартовского районного суда ХМАО – Югры от (дата), К. признан виновным и осужден за совершение преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1 и ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Из приговора суда следует, что К. в подъезде дома (данные адреса изъяты) умышленно передал М.А.С. за 1000 рублей, незаконно сбыв, приобретенный им ранее в городе Нижневартовске у неустановленного следствием лица полиэтиленовый пакетик с находящимся внутри веществом растительного происхождения, содержащим в своём составе наркотическое средство (данные изъяты) массой (данные изъяты) грамма.

Кроме этого, К.

с целью незаконного приобретения и хранения наркотических средств для собственного потребления без цели сбыта прибыл к дому (данные адреса изъяты), где в углу электрического щита на лестничной площадке второго этажа указанного дома взял полиэтиленовый пакетик с находящимися внутри: порошкообразным веществом белого цвета, содержащим в своем составе наркотическое средство (данные изъяты) массой (данные изъяты) грамма, а также комкообразным пластичным веществом коричневого цвета, содержащим в своем составе наркотическое средство (данные изъяты) массой (данные изъяты) грамма.

После приобретения вышеуказанные наркотические средства К. умышленно хранил при себе, в карманах своей одежды (в наружном и в заднем левом кармане джинсовых брюк) до момента изъятия  в подъезде (адрес изъят), ХМАО-Югры сотрудниками ОМВД России.

Допрошенный в судебном заседании, в качестве подсудимого К. вину по предъявленному обвинению признал частично, а именно показал, что не сбывал  наркотическое средство М.А.С., вину в незаконном приобретении и хранении наркотических средств без цели сбыта, для собственного употребления, в крупном размере, признал.

Изучив материалы уголовного дела и доказательства, исследованные судом первой инстанции, допускаемые по согласию сторон судебного разбирательства без проверки, выслушав и обсудив доводы апелляционных жалоб, мнение осуждённого и его защитника, возражения государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемый приговор Нижневартовского районного суда ХМАО – Югры от 28 октября 2015 года в отношении К. – подлежит отмене с вынесением обвинительного приговора.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

По мнению судебной коллегии, судом первой инстанции эти требования не выполнены.

Судебной коллегией установлены следующие обстоятельства уголовного дела:

Старшим следователем СО ОМВД России майором юстиции К.Е.Ф. в отношении М.А.С. было возбуждено уголовное дело по ч.2 ст.228 УК РФ, приговором Нижневартовского районного суда ХМАО – Югры М.А.С. был осужден по факту незаконного приобретения и хранения без цели сбыта наркотических средств, совершённые в крупном размере.

Следователем СО ОМВД России лейтенантом юстиции Ж.Е.П. из материалов уголовного дела  в отдельное производство было выделено уголовное дело по факту сбыта наркотического средства неустановленным следствием лицом М.А.С.

Согласно ордера, выданного коллегией адвокатов, юридическую помощь М.А.С. и его защиту на стадии предварительного следствия в СО ОМВД России, осуществлял адвокат Б.А.В.

В ходе расследования уголовного дела в отношении М.А.С.

следственные действия, а именно: его допрос в качестве подозреваемого, проверка показаний на месте , с приложенной фото-таблицей, ознакомление с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого и оформление соответствующих процессуальных документов, где М.А.С. изобличая неизвестное ему лицо, рассказывал об обстоятельствах приобретения наркотического средства, проводились с участием его защитника Б.А.В.

Далее, согласно ордера, выданного коллегией адвокатов, в рамках выделенного в отдельное производство уголовного дела, адвокат Б.А.В. при расследовании уголовного дела возбужденного по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, оказывал юридическую помощь и защиту на следствии в СО ОМВД России и осужденному К.

Так, с участием адвоката Б.А.В., в рамках указанного выше выделенного в отдельное производство уголовного дела К. был ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы, с заключением эксперта и протоколом ознакомления подозреваемого К.

с заключением эксперта. К был допрошен в качестве подозреваемого, где он даёт признательные показания о том, что он  приобрёл наркотическое средство, часть которого употребил, а оставшуюся часть продал молодому человеку по имени М.А.С.

, проживающему с ним в одном доме.

Затем была проведена очная ставка между свидетелем М.А.С. и подозреваемым К. в ходе которой, М.А.С. изобличал К. как сбытчика наркотического средства.

Также с с участием защитника Б.А.В. проведена проверка показаний подозреваемого К. на месте, где адвокат Б.А.В. уже участвовал в данном следственном действии, только ранее оно проводилось в рамках уголовного дела в отношении М.А.С., лица изобличающего К. в сбыте наркотических средств.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ конкретизирует обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу защитника, представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика.

Так, согласно п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он: оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого.

Указанная норма закона так же закреплена в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 N 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» где указано, что:при наличии любого из обстоятельств, указанных в статье 72 УПК РФ, участие защитника исключается во всех стадиях уголовного судопроизводства.

«Если между интересами обвиняемых, защиту которых осуществляет один адвокат, выявятся противоречия (признание обвинения одним и оспаривание другим по одним и тем же эпизодам дела; изобличение одним обвиняемым другого и т.п.

), то такой адвокат подлежит отводу (пункт 3 части 1 статьи 72 УПК РФ, подпункт 2 пункта 4 статьи 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», пункт 1 статьи 13 «Кодекса профессиональной этики адвоката» (принят Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года).

Исходя из взаимосвязанных положений части 1 статьи 72 УПК РФ установленное в пункте 3 данной нормы ограничение относится к случаям, когда защитник в рамках данного или выделенного из него дела оказывает или ранее оказывал в ходе досудебного производства либо в предыдущих стадиях судебного производства и судебных заседаниях юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им обвиняемого. Однако это не исключает возможность отвода защитника и в иных случаях выявления подобных противоречий, не позволяющих ему участвовать в данном деле».

В данном же случае, согласно материалов уголовного дела, адвокат Б.А.В., будучи ознакомленным с обстоятельствами дела по факту сбыта наркотического средства неустановленным следствием лицом М.А.С.

, в последствии, в рамках выделенного в отдельное производство уголовного дела в нарушение требований ст. 72 УПК РФ, при расследовании уголовного дела по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ оказывал юридическую помощь К., которого на указанной стадии расследования М.А.С.

изобличал как лицо, сбывшее ему (дата) наркотическое средство.

Из чего следует, что интересы К., который обвиняется в сбыте наркотического средства и интересы М.А.С., который изобличает К. в сбыте наркотического средства, явно противоречили друг другу, однако юридическую помощь на стадии расследования, в рамках указанного обвинения и К. и М.А.С. оказывал один и тот же защитник, адвокат Б.А.В..

В нарушение требований ст. 72 УПК РФ, судом первой инстанции при вынесении приговора в отношении К. по обвинению его в совершении преступления предусмотренного п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, имеющие место обстоятельства, требующие исключение участия в производстве по уголовному делу защитника Б.А.В., оставлены без должного внимания и надлежащей оценки.

Согласно статьи 75 УПК РФ «Доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса».

Учитывая выше изложенное, все следственные действия, проведённые в отношении К. с участием защитника Б.А.В., а именно:

– протокол ознакомления К. с участием защитника Б.А.В. с постановлением о назначении судебной экспертизы от (дата) (т.1 л.д. 30-31);

– заключение эксперта  и протокол ознакомления подозреваемого К. и его защитника Б.А.В. с заключением эксперта;

– протокол допроса подозреваемого К. с участием защитника Б.А.В.;

– протокол очной ставки  между свидетелем М.А.С. и подозреваемым К. с участием защитника Б.А.В.;

– протокол проверки показаний подозреваемого К. на месте с участием защитника Б.А.В.,

суд апелляционной инстанции, во исполнение требований ст. 75 УПК РФ, признаёт, как недопустимые доказательства, которые не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 УПК РФ.

Иных доказательств, подтверждающих вины К., в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 4 ст. 228.1УК РФ, в материалах уголовного дела не имеется.

Явка с повинной К., от которой он отказался, без совокупности иных доказательств, не является достаточной для признания предъявленного обвинения доказанным.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит приговор Нижневартовского районного суда ХМАО – Югры от (дата) в отношении К. подлежащим отмене, К. в части обвинения его по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, подлежащим оправданию за непричастностью его к совершению преступления, по п. 2 ч.2 ст.302 УПК РФ. За К. признано право на реабилитацию, в части оправдания.

Вина К. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, в судебном заседании нашла своё полное подтверждение совокупностью исследованных доказательств, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Действия подсудимого К. суд апелляционной инстанции квалифицирует по ч.2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, – как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства, совершённое в крупном размере.

Указанная квалификация действий и доказанность вины осужденного не оспариваются сторонами.

На основании изложенного, руководствуясь п.3 ч.1 ст.389.20, ст. ст. 303 – 308, 309 УПК РФ, суд апелляционной инстанции приговорил:

Приговор Нижневартовского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28 октября 2015 года в отношении К. – отменить, постановить обвинительный приговор.

К. оправдать по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, по п. 2 ч.2 ст.302 УПК РФ, за непричастностью к совершению преступления. Признать за К. право на реабилитацию, в части оправдания.

Признать К. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ. 

Нужен адвокат?

Звоните или оставьте заявку на сайте

+7 (495) 623-87-49

+7 (499) 340-13-03

+7 (916) 973-28-10

  • количества эпизодов
  • числа фигурантов в деле
  • региона расследования
  • находится ли обвиняемый на момент обращения к адвокату на свободе или нет
  • примерной продолжительности дела

Получить консультацию 

Источник: //narkotiki-zaschita.ru/pravoe-bokovoe-menyu/naryshenie-prava-na-zashitu-privodit-k-priznaniu-dokazatelstv-nedopustimymi.html

Мвд создаст спецподразделения для борьбы с нарушениями в работе сотрудников наркоконтроля

Показания для доказательства вины по ст 228 ч 4 УК РФ

По преступлениям связанным со сбытом наркотических средств и психотропных веществ, с 30 июня 2015 года, оконченным преступлением, без применения ч.3 ст.

30 УК РФ – покушение на преступление, считаются действия по передаче наркотического средства покупателю, независимо от того, получил он их фактически или нет. Как оконченное преступление, без ч.3 ст.

30 УК РФ, квалифицируется осуществление “закладок”, в том числе когда покупатель не забрал оттуда наркотик, передача в ходе оперативно-розыскных мероприятий “проверочная закупка”, “оперативный эксперимент”, когда наркотик был изъят сотрудниками полиции и т.д.    

С 30 июня 2015 года, покушением на преступление, с применением ч.3 ст.

30 УК РФ, считаются действия лица по незаконному приобретению, хранению, перевозке, изготовлению наркотических средств или психотропных веществ, который тем самым совершает действия, направленные на их последующую реализацию и составляющие часть объективной стороны сбыта, однако по не зависящим от него обстоятельствам не передает указанные средства покупателю.

Так, если лицо хочет продать наркотическое средство или психотропное вещество, и с этой целью их приобретает, хранит, изготавливает, но не успевает осуществить действий к их продаже, например путем осуществления “закладки”, или договорившись с покупателем об их сбыте и т.д., то такие действия квалифицируются как покушение на сбыт с применением ч.3 ст.30 УК РФ. 

КАК СЛЕДСТВИЕ ДОКАЗЫВАЕТ СБЫТ НАРКОТИКОВ

При доказывании сбыта наркотических средств и психотропных веществ подлежат доказыванию две составляющих:

1-я составляющая, это так называемая субъективная сторона совершения преступления – направленность цели, именно на сбыт наркотика (умысел).

То есть, сбытчик является собственником наркотического средства или действует в интересах собственника, осознает, что совершает преступление – незаконные действия направленные на передачу наркотика другому лицу, и желает совершить или совершает данные действия.

Таким образом, следствие будет доказывать направленность умысла именно на сбыт, инициативу исходящую именно от сбытчика, что может выражаться в поиске покупателя наркотика (предложении купить), путей его реализации, осуществлении “закладок”, предложении угостить наркотиком, размещении в интернете предложений о его продаже, переписка в социальных сетях, и мессенджерах направленная на сбыт наркотиков и т.д.

О направленности умысла на сбыт также свидетельствует продажа или передача наркотического средства или психотропного вещества лицу, которому оно не принадлежит, по его просьбе, при условии, что покупатель (приобретатель) не действует в рамках оперативно-розыскных мероприятий, под контролем сотрудников полиции, о чем будет написано ниже.

Данные факты могут быть закреплены следствием в протоколах допросов обвиняемого (подозреваемого), свидетелей, результатах прослушивания телефонных переговоров, результатах осмотра компьютеров, планшетов и телефонов, в которых содержится данная информация, отражена в протоколах следственных действий с участием обвиняемого, если при их проведении он дает пояснения о наличии цели сбыта наркотиков, в результате оперативного наблюдения (например делает “закладки”, передает наркотик), запросах о движении денежных средств по счетам сбытчика и т.д.

2-я составляющая, объективная сторона совершения преступления – документирование действий по сбыту наркотического средства или психотропного вещества.

Если покупатель (приобретатель) не действует в рамках оперативно-розыскных мероприятий под контролем сотрудников полиции, а является лицом приобретающим наркотическое средство по собственной инициативе, то факт сбыта доказывается протоколом его личного досмотра, в рамках которого изымается наркотическое средство, результатами химической экспертизы, протоколами допроса лица у которого наркотическое средство изъято, протоколами допроса предполагаемого сбытчика, результата оперативного наблюдения, прослушивания телефонных переговоров, протоколами осмотра компьютеров, телефонов с которых велась переписка, заключениями биологической и даткитолоскопической экспертиз, на принадлежность отпечатков пальцев и биологических следов имеющихся на упаковке сбытого наркотика предполагаемому сбытчику, смывов с его рук, протоколами личного досмотра предполагаемого сбытчика, экспертизы срезов с его карманов, обыска в жилище и т.д.

Указанные следственные действия проводятся следователем или сотрудниками полиции при  необходимости и не являются обязательными.

ДОКАЗАТЕЛЬСТВА СБЫТА В РАМКАХ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

В подавляющем большинстве случаев, факты сбыта наркотических средств или психотропных веществ выявляются и документируются сотрудниками правоохранительных органов в рамках проведения оперативно-розыскных мероприятий “проверочная закупка” или “оперативный эксперимент”.

Суть законного мероприятия заключается, в создании определенных условий для документирования незаконной деятельности по сбыту наркотических средств лица, в отношении которого имеется обоснованное подозрение в причастности к распространению наркотиков.

В данном случае, покупатель наркотического средства – закупщик, действует под контролем сотрудников полиции приобретая наркотик, сделка документируется в рамках ОРД (оперативно-розыскной деятельности), и в дальнейшем эти материалы становятся доказательствами по делу.

Закупщик наркотического средства или психотропного вещества действует в рамках оперативно-розыскных мероприятий, и согласно ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности”, до проведения такого мероприятия оперативные службы должны обладать информацией о причастности предполагаемого сбытчика к совершению подобных преступлений, или подготовке к его совершению, либо сотрудники полиции должны действовать по письменному поручению следователя в рамках уже возбужденного уголовного дела.

Материалы уголовного дела, в случае если оперативно-розыскные мероприятия проводились до его возбуждения, должны содержать основания для проведения оперативно-розыскного мероприятия “проверочная закупка” или “оперативный эксперимент” из которых бы следовало, что предполагаемый сбытчик причастен к сбыту наркотиков, и осознанно ставит перед собой цель их сбыть, то есть имеет место умысел на сбыт.

” В тех случаях, когда материалы уголовного дела о преступлении рассматриваемой категории содержат доказательства, полученные на основании результатов оперативно-розыскного мероприятия, судам следует иметь в виду, что для признания законности проведения такого мероприятия необходимо, чтобы оно осуществлялось для решения задач, определенных в статье 2 Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности”, при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных соответственно статьями 7 и 8 указанного Федерального закона. Исходя из этих норм, в частности, оперативно-розыскное мероприятие, направленное на выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступления, а также выявление и установление лица, его подготавливающего, совершающего или совершившего, может проводиться только при наличии у органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, сведений об участии лица, в отношении которого осуществляется такое мероприятие, в подготовке или совершении противоправного деяния.” –  

В случае, если мероприятия проводятся в рамках возбужденного уголовного дела, то основанием для их проведения является только поручение следователя, в производстве которого оно находится.

Согласно ст.

7 ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности”, основанием для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются, в том числе ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

К сожалению, в силу несовершенства законодательства, в Российских судах укоренилась порочная практика принимать на веру любые утверждения сотрудников полиции, о якобы наличии обоснованного подозрения в отношении лиц у которых были проведена “закупка” наркотических средств или психотропных веществ.

Зачастую, материалы уголовных дел не содержат конкретных данных о причастности предполагаемого сбытчика к совершению преступлений, и формально основания для проведения ОРМ оформляются в виде простого рапорта оперативного сотрудника или ссылки в постановлении на проведение ОРМ, о якобы наличии такой информации, на которые и ссылаются суды, как на основание для проведения ОРМ.

” Результаты оперативно-розыскного мероприятия могут использоваться в доказывании по уголовному делу, если они получены и переданы органу предварительного расследования или суду в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у лица умысла на незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. ” –

Результаты ОРД могут быть переданы следователю только на основании постановления руководителя (заместителя) органа по субъекту РФ осуществляющего ОРД (руководителем МВД, Следственного комитета, ФСБ, по области, краю, республике или городу Федерального значения –  Москвы, Санкт-Петербурга, Севастополя).

Постановление о предоставлении результатов ОРД должно содержать перечень документов которые передаются, а также перечень предметов полученные в ходе проведения ОРМ. Подписано соответствующим руководителем.

В том случае, если в материалах уголовного дела отсутствует постановление об их предоставлении следователю, либо в нем не указаны какие-либо документы отражающие ход ОРМ, то такие результаты не могут быть использованы в качестве доказательств по делу.

Вместе с тем, под наличием умысла понимается желание лица сбыть наркотическое средство или психотропное вещество, которое сформировалось у него самостоятельно.

Другими словами, он совершил бы данное преступление, в отношении других лиц, независимо от факта проведения в отношении него “проверочной закупки” или “оперативного эксперимента”, действий закупщика, и сотрудников правоохранительных органов.

” Органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация) ” –

Провокацией является побуждение в прямой или косвенной форме к совершению преступления, при отсутствии обоснованных подозрений в отношении данного лица. В данном случае к передачи наркотического средства лицу, действующему в качестве закупщика при проведении ОРМ.

Вместе с тем, несмотря на законодательный запрет провоцировать лиц на совершение преступлений, недобросовестные сотрудники правоохранительных органов при фактическом отсутствии обоснованных подозрений в причастности к совершению преступлений, используя своих агентов, либо зависимых от сотрудников полиции лиц, искусственно формируют умысел на передачу наркотического средства их агенту.

Из практики: В. задерживают, при личном досмотре изымают у него наркотическое средство. Перед В. сотрудники полиции ставят условие, либо он сейчас любым способом у своих знакомых лиц возьмет наркотическое средство, либо В. будет немедленно избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В. испугавшись немедленного заключения начинает обзванивать всех своих знакомых, кто также употребляет наркотики, и под любыми предлогами склоняет их к оказанию помощи в приобретении наркотического средства, угощении В., или продажи ему наркотика.

Вместе с тем, сотрудники полиции не знают, кого В. получится уговорить на передачу ему наркотика, и не могут обладать никакой информацией о причастности к сбыту наркотиков этих лиц.

С. поддавшись на уговоры В., с которым они два дня назад совместно приобрели наркотик, находясь с В. в доверительных отношениях, в том числе на фоне совместного употребления наркотиков, проникшись его уговорами, соглашается продать В. часть оставшегося у него наркотика, о чем В. немедленно сообщает сотрудникам полиции.

Сотрудники в свою очередь, не обладая данными о причастности С. к сбыту наркотиков до обращения к нему В., проводят в отношении С. “проверочную закупку”, в рамках которой документируют факт передачи.

По результатам закупки составляются документы, для В. готовится объяснение, в котором он утверждает, что С. сам ему предлагал приобрести наркотик, и на основании данного факта он добровольно обратился в полицию.

С. задерживается сотрудниками полиции, ему предлагается такая же сделка, и круг замкнулся.

Участвуя в следующей подобной закупке, В. уже является агентом сотрудников полиции, что конечно же в суде категорически отрицает.

Такие действия В. и сотрудников полиции являются провокацией на совершение преступления.

Признаками провокации сбыта наркотических средств являются:

1. Отсутствие предусмотренных законом оснований для проведения ОРМ «проверочная закупка».

2. Отсутствие достоверной (проверяемой) информации, что лицо до начала проведения ОРМ занималось сбытом наркотических средств или готовилось к сбыту.

3. Инициатива в сбыте наркотических средств, в прямой или косвенной форме исходила от сотрудников полиции или их агента (закупщика).

Судебных решений по признанию действий оперативных сотрудников полиции изначально провокационными – ничтожно мало.

Суды РФ признают провокационными в большинстве своем повторные «проверочные закупки» в результате которых не было достигнуто новых результатов.

Есть очень не много примеров признания судами провокацией первой «проверочной закупки», и практически все они связаны с фальсификацией уголовных дел сотрудниками полиции.

Источник: //konsultant228.ru/sbyt-narkotikov/dokazatelstva-sbyta-narkotikov/

Успех в суде. В сбыте наркотического вещества по ст. 228-1 ч.4 УК РФ невиновен. Из записной книжки уголовного адвоката.Часть 2

Показания для доказательства вины по ст 228 ч 4 УК РФ

Часть 1 можно найти здесь.

Для варварского и дикого «правосудия» не существует личности. Существуют лишь строки в отчетах для полиции, прокуроров, судей. В демократическом обществе права личности защищаются и охраняются.

При российской дикости права личности не значат ничего. Лишь немногим удается вырваться из тисков судебно-следственной машины, но порой не без потерь.

По хорошему, парня надо оправдать, но система этого не способна сделать.

Соглашение с доверителем было заключено лишь на судебное разбирательство дела в 1 инстанции. На следствии я не учавствовал и соответственно «выиграть» дело физически не мог. «Защищали» доверителя наши с вами коллеги. Не успешно, сразу вам скажу.

07 мая 2018 года. Звонок по телефону. Мужской голос взволнованно сообщил в трубку, что в Бутырском районном суде слушается дело по обвинению в сбыте наркотических средств его сына. Эти вещества сыну подбросили работники полиции, в суде он доказать это не может. Дело якобы только начали рассматривать. Договорились о встрече.

11 мая 2018 года. Второй раз в практике за сына хлопочет отец. Это редкость. В основном это делают мамы. После встречи с отцом, я не знал стоит ли мне браться за это рискованное дело. Но по его глазам я понимал, отвертеться мне не удастся.

Заключили соглашение.

14 мая 2018 года. Изучение дела в суде. Протоколы судебных заседаний не готовы. Секретарь, очень приятная девушка, сообщила, что практически все «отслушано». Остался один свидетель и допрос подсудимого. Материалы дела тоже исследованы. Не приятный сюрприз.

15 мая 2018 года. Встреча с подзащитным. СИЗО 4. Антон смышленый парень. Пытается защищать себя сам, ссылаясь на какую-то адвокатскую методику защиты по делам по ст.ст.228, 228-1 УК РФ. В голове конечно же полная каша. И это понятно, Антон не юрист.

Университет проходит в СИЗО, советчиков много, опирается на них. Выяснил, что адвоката по назначению он на следствии не видел вообще, от адвоката по соглашению он добился с трудом, чтобы ему принесли копии материалов дела. Адвокаты явно работают по-старинке, когда делать ничего не хочется.

Не слышала защитник и того, что доверитель сообщал о серьезных проблемах по делу: наркотики подбросили, адвоката по ст.

51 УПК РФ «подсунули», при первоначальных допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого доверитель находился в наркотическом опьянении, очной ставки с оперативником и обыск по месту жительства не проводились.

Формируем позицию, суд уже через 5 дней — 23 мая 2018 года.

У меня есть несколько ночей для изучения уголовного дела. В деле, как не трудно догадаться полная «признанка» Антона в покушении на сбыт амфетамина (в приговре ссылок на эти документы нет, мы их даже не исследовали).

23 мая 2018 года. Допросили оперативника. Он явно путается в показаниях, виляет. Описать пакет с веществом не может. Где составлялись протоколы – скрывает. Из допроса на суде понятого следовало, что у моего доверителя был изъят сверток с веществом белого цвета в виде порошка.

Понятой не смог вспомнить, велась ли видеосъемка изъятия вещества, но он показал, что подпись на протоколе вручения одному из оперативников видеокамеры стояла его (понятого), но объяснить почему протокол был составлен, согласно протоколу в служебном кабинете — не смог.

Из допроса понятого мне стало однозначно ясно, что первоначально у моего доверителя был изъят амфетамин. Вопрос куда он пропал?

Продолжение суда для подготовки показаний и ходатайств по делу назначено на 29 мая 2018 года.

24-28 мая 2018 года. Изучение материалов дела. Не выходят из головы слова Антона, что наркотики подбросили оперативники, что адвоката по назначению он не видел и обыск дома не производился, но протокол обыска имеется.

Ранее адвокат по соглашению сказала ему, что все это не существенно и суду все равно. Предлагала все признать, получить 6-8 лет и забыть все, как страшный сон. Доказать подбрасывание наркотиков крайне сложно.

В таких ситуациях адвокату надо очень тщательно проверить материалы дела относительно обстоятельств самого события, правомерность участия понятых, свидетелей и подвергнуть тщательнейшему исследованию действия оперативных сотрудников и следователей.

Открою фишечку: надо изучить (не прочитать) все страницы уголовного дела и не один раз, лишь тогда придет понимание. Ночами почти не спал, изучал.

Настоящее уголовное дело было возбуждено 30 августа 2017 года, в 9 часов 10 минут, следователем СО ОМВД России по району Северный г. Москвы, по результатам проведенных оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ).

30 августа 2017 года, (согласно протоколу) в 9-30 подзащитный задержан в порядке ст.91-92 УПК РФ и направлен в ИВС УВД по СВАО ГУ МВД России по г. Москве.

Первая ложь. Доверитель был доставлен не в ИВС, а препровожден, в районе 10-00, в кабинет следователя для его допроса в качестве подозреваемого.

Допрошен в период времени с 10-00 до 10-50, не смотря на желания Антона заключить соглашение с адвокатом по соглашению. В отсутствие ходатайства Антона об участии адвоката по назначению в силу ч.2 ст. 172 УПК РФ, ему он был предоставлен.

Реализовать свое право на заключение соглашения с адвокатом по соглашению Семенычев А.М. смог на следующий день 01 сентября 2017 года.

Я был сильно удивлен, что еще остались «карманные» адвокаты у следователей. Не ясно мне до сих пор, что движет такими адвокатами, которые не вникая в суть дела ставят подписи под протоколами следственных действий, лихо обходя всякие там КПЭА и стандарты оказания юридической помощи, а также все указания палат, относительно оказания помощи по ст. 51 УПК РФ.

Материалами дела не установлено: время, место, обстоятельства приобретения психотропного вещества, лицо у которого мой доверитель незаконно приобрел сверток, обмотанный изолентой черного цвета в котором находилось вещество общей массой 190,08 г., несмотря на то, что ОРМ проводились в тот злополучный день именно в отношении моего доверителя с 12-00.

Солидный перечень обстоятельств для анализа, не правда ли? Защитник на все это лишь сообщала доверителю, что все равно доказать все вышеперечисленное невозможно.

В деле масса неоговоренных исправлений, в том числе в протоколах первоначальных допросов свидетелей, несоответствие текстов допросов с фактическими обстоятельствами дела, неправомерность проведения ОРМ, неточности в оформлении документов, проведение ОРМ с санкции ненадлежащего должностного лица, невозможности проследить путь наркотического вещества, путаница в описании упаковки и многое другое.

В своих допросах оперативные сотрудники сообщали о том, что 29 августа 2017 находились в своих рабочих кабинетах. О проводимых ОРМ, как обычно им ничего не известно, но почему то сидя в кабинетах, они уже заранее знают (причем о применении магов и предсказателей в протоколах не указано) в каком конкретном месте, с точностью до номера дома будут проведены ОРМ.

Такие на поверхности лежащие сведения естественно говорят нам о полной фальсификации результатов ОРМ. Следует отметить и то, что указанные ОРМ были даже не рассекречены, а может и вообще проводились не секретно. Но как можно проводить ОРМ «Наблюдение» открыто, мне не представляется ясным.

По материалам дела я так и не смог проследить путь изъятого у моего доверителя психотропного вещества – амфетамина, от момента изъятия до помещения его в специальную камеру хранения наркотических средств, согласно инструкции.

Меня смутило то, что диск с видеофиксацией изъятия вещества в деле был испорчен, при первоначальном исследовании эксперт сообщила, что в свертке имеется амфетамин, а при экспертизе вдруг был обнаружен метамфетамин. Описание упаковки экспертами не совпадало.

Вещество у следователя в камеру хранения наркотических средств, после проведения экспертизы, 4 ноября 2017 года принято не было и следователь до 7 февраля 2018 года хранил при себе или у себя в столе сверток с амфетамином в течение трех (!!!) месяцев, как я полагаю, выполнял как минимум состав ч.2 ст. 228 УК РФ. 7 февраля 2018 года следователь описал сверток, сдал в его в обычную камеру хранения, но я пригляделся и обнаружил, что в протоколе осмотра следователь не описал первоначальную упаковку, следовательно последняя по каким-то причинам исчезла.

Еще подарочек — в нашем деле из «продленок», а их изучают не многие, я уяснил, что по делу была назначена и проведена дополнительная химическая экспертиза, результаты которой следствие скрыло от нас и от суда.

Кроме того самостоятельным поводом для продления сроков следствия и стражи служило то обстоятельство, что следователь не мог сдать в камеру хранения сверток с наркотическим веществом.

То есть вышестоящие должностные лица и суд (!!!) потворствовали следователю совершать преступление. Замечательное дело!

Далее, из постановления о возбуждении уголовного дела следовало, что мой доверитель около 17 часов, точное время не установлено, 29 августа 2017 года, находясь по адресу: г. Москва, Челобитьевское шоссе, д. 10, корп.

3, был задержан сотрудниками полиции, после чего, лишь через 43 минуты, 29 августа 2017 года в период времени с 17 часов 43 минут по 18 часов 05 минут, в ходе личного досмотра доверителя было обнаружено и изъято из незаконного оборота- вещество амфетамин.

Еще одна нелепая странность: ОРМ проводились сотрудниками УМВД по СВАО, один из сотрудников УМВД по СВАО, получив, при досмотре моего доверителя вещество, почему-то отвез его начальнику ОВД по САО, то есть должностному лицу, которое ничего не должно и подозревать о проводимых ОРМ сотрудниками УМВД по СВАО.

Тем не менее начальник ОВД по САО Журавлева С.В. отправляет пакет с веществом на исследование в ЭКЦ. Кто забрал у эксперта пакет с веществом дело не повествует, как не повествует как данный пакет оказался у следователя.

Следователь же в дальнейшем назначает химическую экспертизу вещества и при экспертизе устанавливается, что это совершенно другое вещество – метамфетамин.

7 февраля 2018 года в СИЗО, в присутствии защитника по соглашению предъявляют новое обвинение, естественно, при полном игнорировании ч.3 ст.

172 УПК РФ, а при допросе мой будущий доверитель подтверждает в полном объеме, ранее данные признательные показания в качестве обвиняемого от 30 августа 2017 года.

Но доверитель признавал ранее приобретение АМФЕТАМИНА (!!!), но адвокат не замечает этого, как не замечает все то, о чем я говорил выше. В этот же день происходит ознакомление с делом и все идут в суд.

5,11 июня 2018 года провел с доверителем в СИЗО-4. Разбирали многочисленные ходатайства Антона. Многие, как вы понимаете, к делу не имели отношения. Антон готовился к худшему, готов был стойко встретить свои 10-11 лет… В нем было столько мужества, сколько нет во всей прокурорской системе. Я же понимал после изучения дела и бесед с Антоном, что у обвинения слабые позиции.

13 июня 2018 года. Собственно финальный суд.

Пообщался с прокурором, предложил забрать дело на допрасследование. Последняя чуть не упала со стула и не знала, что ответить. На мое замечание, что дело дрянь, парировала, что дела все такие. Посетовала, что если бы Антон признавал вину получил бы свои 5-6 лет и было бы все в порядке. А так придется просить 12 лет.

Как я пояснял, суд уже «прогнал» все дело, исследовал материалы дела, допросил свидетелей. Моя задача, товарищи, была не из легких. Я подал 9 ходатайств, все были отклонены судом. Я же понимал, что работаю уже на апелляционную инстанцию, чтобы там устало не говорили, что мы ничего не заявляли.

В порядке исключения суд осмотрел диск с видеозаписью, с механическими повреждениями диска, которые не позволили увидеть изъятие свертка. Ходатайство об осмотре вещественного доказательства также было отклонено.

Лишь при повторном моем ходатайстве об осмотре вещдока, суд решил его осмотреть, но вскрывать упаковку судья категорически отказалась. Но я уверен, что в упаковке ЭКЦ отсутствовала первоначальная упаковка, на которой имелись подписи понятых, моего доверителя. Лично я не верю, что она исчезла случайно.

Подзащитный рассказал, что наркотические средства были ему подброшены. Пояснил как его задерживали, как никуда не выпускали из ОВД, что допрашивали, когда он был под воздействием амфетамина.

Обратили внимание суда на то, что согласно протоколу у моего доверителя из черной сумки изъят сверток, обмотанный изолентой черного цвета, в котором имеется порошкообразное вещество светлого цвета. Сверток обмотанный изолентой черного цвета упакован в полимерный пакет, который скреплен печатью «для пакетов» и подписью понятых.

Изъятое в рамках ОРМ вещество, его упаковка не фиксированы надлежащим образом, не  указан цвет, форма, консистенция вещества, реквизиты печатей на упаковке, подписи участвующих лиц.

Следовательно, у защиты имеются по поводу относимости и достоверности формируемых доказательств.

Соответствующие предметы необходимо оформлять и документировать по правилам работы с вещественными доказательствами.

В указанном протоколе имелись подписи не всех лиц, в нем участвующих.

Источник: //pravorub.ru/cases/84354.html

Юрист Лукин