Является ли такое определение судьи законным и обоснованным?

Законность и обоснованность судебного решения

Является ли такое определение судьи законным и обоснованным?

Судебное решение как акт правосудия должно отвечать определенным требованиям.

Закон устанавливает два требования к судебному решению, которые обусловлены его сущностью, – законности и обоснованности (ст. 195 ГПК РФ).

Законность и обоснованность – это то необходимое, без чего судебное решение как акт правосудия состояться не может. Именно поэтому нарушение требований законности и (или) обоснованности – в той или иной форме – законодатель рассматривает как основания для отмены или изменения решения суда (ст.ст. 362, 363, 364 ГПК РФ).[15]

требования законности предопределено сущностью судебного решения. Законным является решение:

а) постановленное судом в результате процессуальной деятельности, осуществленной в полном соответствии с требованиями гражданской процессуальной формы;

б) основанное на правильном применении судом норм процессуального и материального права к предмету процесса – спорному материальному правоотношению;

в) содержащее основанные на законе правильные выводы суда о правах и обязанностях сторон (правильное толкование примененных норм права).[16]

требования законности может быть раскрыто через анализ законодательно установленных оснований к отмене судебного решения как постановленного с нарушением требования законности (п. 4 ч. 1 ст. 362, ст. 363, 364 ГПК РФ). Следует также учитывать разъяснения, данные в Постановлении Пленума ВС РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении».[17]

Согласно п. 2 указанного Постановления решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 4 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Необходимо отметить, что в приведенной формулировке названа одна из форм реализации процессуального права – соблюдение, которая используется здесь в широком смысле – в смысле соблюдения требований гражданской процессуальной формы. Однако в процессе нормы процессуального права могут реализовываться в различных формах – применения, соблюдения, исполнения, использования.

Соблюдение в узком смысле относится к осуществлению запрещающих норм (например, недопустимость повторного участия судьи в рассмотрении дела – ст. 17 ГПК РФ).

Исполнение означает реализацию обязывающих норм (например, обязанность заявить самоотвод при наличии указанных в законе оснований – ст. 19 ГПК РФ).

Использование права характерно для случаев, когда управомоченный субъект активно осуществляет принадлежащие ему права (например, участвующие в деле лица вправе осуществлять процессуальные права, предусмотренные ст. 35 ГПК; суд вправе разъяснить решение – ч. 1 ст. 202 ГПК РФ).[18]

Применение норм процессуального права осуществляется только судом в форме определения; оно направлено на регулирование деятельности участников процесса. Применение норм процессуального права характеризует также деятельность суда по разрешению гражданского дела по существу, что находит отражение в мотивировочной части судебного решения.

Судебная ошибка может быть связана с несоблюдением (в узком смысле) запрещающей нормы или неисполнением обязывающей нормы – и, соответственно, отсутствием применения нормы процессуального права, подлежащей применению (например, неисполнение обязывающей нормы о самоотводе судьи, как того требуют ст.ст. 19, 20 ГПК РФ).

Таким образом, судебное решение будет законным при точном соблюдении, исполнении и при правильном применении норм процессуального права. Именно поэтому для формулирования оснований отмены решения законодателем избрана формула: «нарушение или неправильное применение норм процессуального права» (ст. 364 ГПК РФ).[19]

Безусловные основания к отмене решения как незаконного по причине нарушения или неправильного применения норм процессуального права указаны в ч. 2 ст. 364 ГПК РФ. Решение подлежит отмене независимо от доводов кассационной жалобы, представления, если:

1) дело рассмотрено судом в незаконном составе;

2) дело рассмотрено судом в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания;

3) при рассмотрении дела были нарушены правила о языке, на котором ведется судопроизводство;

4) суд разрешил вопрос о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле;

5) решение суда не подписано судьей или кем-либо из судей либо решение суда подписано не тем судьей или не теми судьями, которые указаны в решении суда;

6) решение суда принято не теми судьями, которые входили в состав суда, рассматривающего дело;

7) в деле отсутствует протокол судебного заседания;

8) при принятии решения суда были нарушены правила о тайне совещания судей.

Такого рода нарушения всегда влекут незаконность судебного решения, поскольку любое из них дезавуирует сущность судебного решения.[20]

Разрешение дела по существу предполагает применение норм материального права к спорному материальному правоотношению (предмету процесса).

Формой реализации норм материального права в процессе является только правоприменение (в том числе и норм запрещающих), хотя законодатель и в данном случае оперирует формулой «нарушение или неправильное применение норм материального права» (ст. 363 ГПК РФ).

Решение не может быть признано законным, если неправильно применены нормы материального права. Основания для отмены решения суда ввиду неправильного применения норм материального права названы в ст. 363 ГПК РФ, именно:

– суд не применил закон, подлежащий применению;

– суд применил закон, не подлежащий применению;

– суд неправильно истолковал закон.

Суд не применил закон, подлежащий применению, если основал свое решение не на законе, а на подзаконном акте либо не применил закон, подлежащий применению исходя из существа спорного материального правоотношения. В данном случае отсутствует правовое основание судебного решения, в силу чего оно не может быть признано законным.

Суд применил закон, не подлежащий применению, если неправильно квалифицировал спорное материальное правоотношение (например, применил норму гражданского права, а следовало применить норму семейного права) либо применил норму права, не соответствующую нормативному правовому акту большей юридической силы (нарушение иерархии в правоприменении – ч. 2 ст. 11 ГПК РФ).

Неправильное применение нормы международного права может иметь место в случаях, когда судом не была применена норма международного права, подлежащая применению, или, напротив, суд применил норму международного права, которая не подлежала применению, либо когда судом было дано неправильное толкование нормы международного права (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»[21]).

Неправильное истолкование закона как самостоятельное основание к отмене решения означает, что верно квалифицируя материальное правоотношение, суд сделал неправильные выводы о правах и обязанностях сторон, вытекающих из данного правоотношения.

Правильное применение закона предполагает точное уяснение содержания нормы права, подлежащей применению. Поэтому суду следует учитывать:

а) постановления КС РФ о толковании положений Конституции РФ[22], подлежащих применению в данном деле; о признании соответствующими либо не соответствующими Конституции РФ нормативных правовых актов, перечисленных в п. «а» «б», «в» ч. 2 и в ч. 4 ст. 125 Конституции РФ, на которых стороны основывают свои требования или возражения;

б) постановления Пленума ВС РФ, принятые на основании ст. 126 Конституции РФ и содержащие разъяснения вопросов, возникающих в судебной практике при применении норм материального или процессуального права, подлежащих применению в данном деле;

в) постановления Европейского Суда по правам человека, в которых дано толкование положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подлежащих применению в данном деле (ч. 2 п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном решении»).

В случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дела, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права) (ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Таким образом, решение суда соответствует требованию законности, если вынесено в строгом соответствии с подлежащими применению нормами материального и процессуального права и при точном соблюдении и исполнении норм процессуального права, а в необходимых случаях – также при применении аналогии закона или аналогии права.

Требование обоснованности судебного решения характеризует доброкачественность судебного познания и его итогов, отраженных в судебном решении. Суд не сможет правильно реализовать правоприменительную функцию без правильного установления обстоятельств, являющихся предметом судебного правоприменения. В этом смысле обоснованность судебного решения есть фундамент его законности.

Решение является обоснованным, если имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59 – 61, 67 ГПК РФ), а также если оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п. 3 Постановления Пленума ВС РФ «О судебном решении»).

Данное в Постановлении Пленума определение соответствует законодательной регламентации (ст. 362 ГПК РФ).

ГПК РФ установлены самостоятельные основания для отмены или изменения решения как необоснованного (п. 1 – 3 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ). Ими являются:

– неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;

– недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;

– несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.[23]

Обоснованное решение должно быть мотивированным. Однако это не тождественные понятия. Обоснованность в известной степени объективна – в том смысле, что решение должно быть основано на фактах, действительно существующих и познанных судом. Мотивированность относится к сфере логико-юридической аргументации, осуществляемой в ходе юридической деятельности.

Например, согласно абз. 2 ч. 4 ст. 198 ГПК РФ в случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения суда может быть указано только на признание иска и принятие его судом.

Будет ли такое решение обоснованным (ведь юридические факты основания иска не устанавливаются и, соответственно, в судебном решении не отражаются)? Да, будет, так как признание иска включает в себя признание обоих его элементов (основания также), следовательно, основания требования установлены, но особым образом – волей ответчика, выраженной в признании, законность которого подтверждена судом (ст. 39, 173 ГПК РФ). Именно поэтому отпадает необходимость устанавливать утверждаемые истцом обстоятельства при помощи других доказательств.

Соответственно, в судебном решении не требуется излагать мотивы, почему признание судом принято (напротив, непринятие иска суд должен мотивировать). Это обусловлено природой диспозитивных прав сторон.

Требования законности и обоснованности взаимосвязаны и не должны противопоставляться друг другу. Более того, обоснованность составляет фундамент законности: только правильно установленные обстоятельства, имеющие значение для данного дела, позволяют верно квалифицировать материальное правоотношение.

Законное решение – всегда обоснованное решение. Однако верно установив имеющие значение для дела обстоятельства, суд может ошибиться в квалификации правоотношения или неправильно истолковать примененную норму права (при неверном уяснении содержания применяемой нормы).

Поэтому возможно вынесение решения обоснованного, но незаконного. Именно такое соотношение заложено, например, в определении оснований для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора (ст. 387 ГПК РФ).

И именно поэтому суд надзорной инстанции, отменяя обжалованное судебное постановление, вправе принять новое судебное постановление, если допущена ошибка только в применении и толковании норм материального права (п. 5 ч. 1 ст.

390 ГПК РФ).

На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что судебное решение как акт правосудия должно удовлетворять двум обязательным условиям: оно должно быть законным и обоснованным.

Законным признается судебное решение, вынесенное с соблюдением норм процессуального и материального права.

Обоснованность судебного решения охватывает три взаимосвязанных элемента: обстоятельства дела, доказательства по делу, выводы суда, подтвержденные исследованными доказательствами.

Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:

Источник: //megalektsii.ru/s18770t6.html

Кассация вынесла частное определение нижестоящим судьям за грубое нарушение закона при рассмотрении дела

Является ли такое определение судьи законным и обоснованным?

16 апреля на сайте Второго кассационного суда общей юрисдикции опубликовано сообщение о вынесении частного определения в адрес судей первой и второй инстанций за нарушения закона при рассмотрении гражданского спора.

Как следует из материалов дела № 02-0175/2019, Марина Инютина предъявила судебный иск к ФСИН России по оспариванию отказа ведомства в ее постановке на учет для получения единовременной социальной выплаты на приобретение/строительство жилья. В связи с этим гражданка просила суд обязать ответчика поставить ее и семью Инютиных на учет для получения такой выплаты.

Гражданский спор рассматривался судьей Замоскворецкого районного суда г. Москвы Марией Патык, которая в своем решении от 20 февраля 2019 г. удовлетворила иск частично.

Тогда судья признала незаконным решение ведомственной комиссии об отказе в постановке истицы на учет для получения единовременной соцвыплаты и обязала ФСИН России повторно рассмотреть ее заявление, в удовлетворении остальных требований было отказано.

16 июля Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе из трех судей – Натальи Вьюговой, Марины Сальниковой, Юлии Бобровой – оставила в силе решение первой инстанции.

Далее ФСИН России обжаловала судебные акты в кассационную инстанцию. После ознакомления с делом Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции выявила наличие существенных нарушений норм процессуального права, допущенных нижестоящими судами.

В своем определении от 3 марта кассация указала, что протокол судебного заседания Замоскворецкого районного суда г. Москвы не содержит подписи судьи и секретаря судебного заседания в нарушение ст.

228 и 230 ГПК РФ, в материалах дела также отсутствует аудиопротокол.

Тогда же Судебная коллегия вынесла частное определение в отношении судей судов первой и второй инстанций за нарушения закона при рассмотрении гражданского дела.

В нем со ссылкой на ч. 1 ст. 195 ГК РФ указано, что решение суда должно быть законным и обоснованным. При этом судебное решение является законным, если оно принято при точном соблюдении норм материального и процессуального права или основано на необходимом применении аналогии закона или права (п.

2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 19 декабря 2003 г.). «Однако решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 20 февраля 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 16 июля 2019 г.

приведенным требованиям не соответствуют, вынесены с грубыми нарушениями норм процессуального законодательства Несмотря на наличие установленных гражданским процессуальным законом безусловных оснований к отмене решения суда, апелляционным определением судебной коллегии от 16 июля 2019 г.

решение от 20 февраля 2019 г. оставлено без изменения», – отмечено в документе.

Таким образом, как подчеркнуто в частном определении, апелляция не выполнила возложенных на нее задач в плане перехода к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК. В связи с этим судьям Марии Патык, Наталье Вьюговой, Марине Сальниковой, Юлии Бобровой указано на допущенное ими грубое нарушение закона и недопустимость таких нарушений впредь.

По мнению адвоката АБ «ЮГ» Сергея Радченко, в рассматриваемом деле произошла уникально редкая ситуация, когда ни первая инстанция, ни апелляция не заметили в деле неподписанного протокола.

«ГПК РФ требует, чтобы судья, а также соответствующий сотрудник его аппарата, который ведет протокол (помощник или секретарь), подписали протокол судебного заседания.

Если они это не сделали, то этот факт является безусловным основанием для отмены решения суда независимо от того, верно ли оно по существу», – пояснил он.

По словам эксперта, подписание протокола – это стандартная техническая процедура, которую подавляющее большинство судей делает «на автомате», отписывая дело перед сдачей в архив или перед отправкой в вышестоящий суд.

«Если судья Замоскворецкого суда этого не сделал, то это означает, что у него, говоря мягко, из рук вон плохо поставлено судебное делопроизводство.

Каждый апелляционный суд, рассматривая любую апелляционную жалобу по гражданскому делу, всегда, независимо от доводов жалобы, проверяет, есть ли в деле поводы для отмены решения по процессуальным основаниям, одним из которых является наличие в деле неподписанного протокола. Однако Мосгорсуд этого не заметил, что доказывает вопиюще халатное отношение судей этого суда к выполнению своих процессуальных обязанностей», – отметил Сергей Радченко.

Адвокат добавил, что, увидев все эти процессуальные «безобразия», Второй кассационный суд обоснованно вынес частное определение в адрес невнимательных судей.

«Надеюсь, это будет началом положительной тенденции по воспитанию новыми кассационными судами нижестоящих судов, так как раньше подобного рода частные определения за грубое нарушение норм процесса в адрес нижестоящих судей выносил только Верховный Суд», – подытожил Сергей Радченко.

Управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус» Юлий Тай отметил, что частное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции не вызывает ни малейших сомнений в его законности и справедливости, поскольку отсутствие подписанного протокола судебного заседания является грубым процессуальным нарушением и так называемым безусловным основанием для отмены судебного акта.

«Разумеется, судья первой инстанции в идеале не должен допускать таких ошибок, а апелляционная инстанция уж тем более не должна была пропустить или проигнорировать такое нарушение.

Однако частное определение – это экстраординарное средство реагирования суда на выявленные в ходе судебного разбирательства нарушения законности отдельными должностными лицами или гражданами и существенные недостатки в работе государственных органов (должностных лиц), учреждений, организаций, их объединений, общественных организаций», – отметил он.

По его мнению, в соответствии с доктриной права и сложившейся практикой такая реакция возможна и целесообразна только при систематическом (и как минимум неоднократном) грубом нарушении законности.

«Если суд, их обнаруживающий, уже просто не может реагировать в форме ординарной процессуальной отмены, а вопиет и требует к устранению системного нарушения закона по принципу “не могу молчать”.

Однако этого в данном случае, по крайней мере исходя из содержания частного определения и известной мне практики деятельности Мосгорсуда, не происходило», – отметил Юлий Тай.

По словам эксперта, суды всех стран мира периодически допускают ошибки в силу человеческого фактора и выносят незаконные акты, которые потом отменяют вышестоящие инстанции (многие, кстати, так и остаются действующими, поскольку они не были обжалованы).

«Это вовсе не означает, что каждая такая отмена, и даже по безусловным основаниям, должна сопровождаться вынесением частного определения.

В юридической литературе в качестве оснований для вынесения частных определений вышестоящей инстанцией в адрес нижестоящей называют, например, низкое качество процессуальных документов суда первой инстанции, невнимательное (небрежное) отношение нижестоящего суда к соблюдению правил судопроизводства и установлению обстоятельств дела; волокиту в судопроизводстве; фальсификацию отдельных процессуальных действий и другие допущенные судом нарушения и ошибки, которые по своему характеру не являются основаниями для отмены решения, но должны быть устранены в дальнейшей судебной практике», – пояснил Юлий Тай.

Судья ВС констатировал систематическое нарушение уголовно-процессуального закона московскими судамиТакой вывод сделан в постановлении об отказе в передаче на рассмотрение кассационной жалобы председателя Мосгорсуда на частное определение, в котором Второй кассационный суд потребовал пресечь нарушения прав граждан, допускаемые судами Москвы

Адвокат добавил, что, если вернуться к буквальному содержанию ст. 226 ГПК, суд может отреагировать на нарушение законности организаций и должностных лиц, к каковым формально судей нижестоящих судов отнести никак нельзя. «Однако Пленум Верховного Суда РФ, сохраняя традиции советского гражданского процесса, включая явные атавизмы, неоднократно призывал суды апелляционной, кассационной и надзорной инстанций путем вынесения частных определений реагировать на факты грубого нарушения судьями нижестоящих судов норм законодательства и Кодекса судейской этики (Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 2003 г.; п. 59 Постановления Пленума ВС РФ от 19 июня 2012 г. № 13 , п. 19 Постановления Пленума ВС РФ от 31 мая 2007 г. № 27). Несмотря на указанные разъяснения высшей судебной инстанции с доктринальной точки зрения и учитывая конституционно-правовой принцип независимости судей, данные правовые позиции представляются, мягко говоря, не бесспорными, ибо вводят дополнительный механизм квазипроцессуального взаимодействия между судьями различных инстанций при равенстве их правового статуса», – отметил эксперт.

По его мнению, Верховный Суд России также разъяснял, что в случае же, если лицо, чьи права и законные интересы затронуты частным определением, не участвовало в деле, оно вправе обжаловать такое определение в надзорном порядке в соответствии с ч. 1 ст. 376 ГПК.

«Не так давно Второй кассационный суд общей юрисдикции уже выносил частное определение в отношении судей Мосгорсуда и даже его председателя, когда речь касалась сложившейся и распространенной практики необоснованных, слабо мотивированных судебных актов об избрании мер пресечения в виде содержания под стражей, а также продления сроков содержания под стражей. Вот то частное определение, как мне кажется, было вполне обоснованным и уместным. И председатель Мосгорсуда Ольга Егорова даже предприняла безуспешную попытку оспорить его в Верховном Суде», – отметил Юлий Тай.

Источник: //www.advgazeta.ru/novosti/kassatsiya-vynesla-chastnoe-opredelenie-nizhestoyashchim-sudyam-za-gruboe-narushenie-zakona-pri-rassmotrenii-dela/

Требование обоснованности судебного решения

Является ли такое определение судьи законным и обоснованным?

Понятие обоснованности расшифровывается в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ “О судебном решении”.

В нем, в частности, указывается, что решение является обоснованным, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обоснованность решения напрямую связана с выполнением задач гражданского и арбитражного судопроизводства. Успех правосудия в каждом конкретном случае зависит прежде всего от того, насколько правильно суд разобрался в обстоятельствах конкретного дела, т.е. от истинности и полноты фактов, положенных в основу решения.

Истиной в гражданском и арбитражном процессе является правильное отражение в судебном решении действительных взаимоотношений сторон.

Отсутствие среди норм процессуального законодательства положения о принципе объективной истины, содержащемся в процессуальных законах советского периода, безусловно, не означает, что суд не должен установить, какие в действительности правоотношения сложились между сторонами, в частности имели или не имели место юридические факты, характеризующие взаимоотношения сторон. Если этого достичь не удается, решение суда не может быть не только обоснованным, но и законным и справедливым. Решение будет обоснованным, если суд каждый юридический факт по делу установил в точном соответствии с действительностью. Вывод суда о наличии или отсутствии того или иного факта будет истинным, если он основан на имеющихся в деле доказательствах при условии, что эти доказательства доброкачественны (в том числе допустимые и относимые), их достаточно для того, чтобы сделать правильный вывод, и они правильно оценены судом.

Обоснованность судебного решения охватывает три взаимосвязанных элемента:

  • 1) обстоятельства дела, имеющие юридическое значение для его разрешения, что напрямую относится к правильному определению предмета доказывания по делу;
  • 2) доказательства по делу, которые могут быть положены в основу судебного решения только при соблюдении предусмотренных законом правил и процедур их получения и исследования;
  • 3) выводы суда из анализа установленных обстоятельств, подтвержденных исследованными доказательствами[1].

Решение суда является необоснованным, если суд сделал логически неправильный вывод о взаимоотношениях сторон, не исследовал всех имеющих существенное значение для дела обстоятельств или признал факты установленными без достаточных доказательств либо, наоборот, признал факты недоказанными, хотя из материалов дела вытекает противоположный вывод.

Ошибки, влекущие необоснованность судебного решения, могут быть обусловлены различными причинами.

Суд при рассмотрении конкретного гражданского дела руководствуется нормой материального права и с ее учетом определяет предмет доказывания, т.е. те факты, которые имеют материально-правовое значение.

Однако случается, что суд хотя и применил надлежащую правовую норму, однако, не сумев выяснить полностью всех фактов, предусмотренных гипотезой этой нормы и имеющих существенное значение для исхода процесса, в результате принимает необоснованное решение.

Это может быть результатом того, что суд проигнорировал ссылки сторон на факты основания иска или возражений на него. Иногда сами стороны, не будучи заинтересованными в том, чтобы их действительные отношения были вскрыты и соответствующим образом квалифицированы, умалчивают о существенных обстоятельствах их взаимоотношений.

Таким образом, из-за неправильного толкования и анализа гипотезы юридической нормы могут остаться без исследования в судебном заседании факты, имеющие правовое значение, и это повлечет за собой неправильное применение закона.

Неверная оценка доказательств, данная судом, также может привести к нарушению требования обоснованности вынесенного решения. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ст. 67 ГПК РФ, ст. 71 АПК РФ).

Решение рассматривается как необоснованное, если факт, положенный в основу решения, не подтвержден достаточными доказательствами или противоречит им, либо факт, который суд сочтет неустановленным, вытекает из достоверных материалов дела.

На практике встречаются случаи, когда суд принимает не предусмотренные в законе средства доказывания и основывает на них судебное решение, т.е. нарушает правила допустимости доказательств (ст. 60 ГПК РФ, ст. 68 АПК РФ).

Другая аналогичная по последствиям ситуация возникает, когда суд неверно решает вопрос об относимости к делу доказательств и либо отвергает необходимые для дела доказательства, либо, наоборот, приобщает к делу, исследует и кладет в основу решения ненужные для дела доказательства (ст. 59 ГПК РФ, ст. 67 АПК РФ).

Последствиями подобных нарушений процессуального закона может явиться необоснованность решения и, соответственно, его отмена.

В мотивировочной части решения суд должен указать материальный закон, примененный судом к установленным правоотношениям, а также процессуальный закон, которым суд руководствовался при вынесении решения, т.е. суд указывает источники права, которые названы соответственно в ст. 11 и 1 ГПК РФ, ст. 13 и 1 АПК РФ.

В каждом судебном решении неизбежно приходится различать его правовую и фактическую стороны. Правовая сторона связана с законностью решения, фактическая – с его обоснованностью.

Законность и обоснованность, являясь различными требованиями, предъявляемыми к судебному решению, взаимосвязаны и не должны противопоставляться друг другу.

Только точное соблюдение норм и процессуального, и материального права гарантирует установление всех обстоятельств, имеющих значение для дела, т.е. вынесение обоснованного решения.

м судебного решения как акта защиты обусловлены такие требования, как определенность (или категоричность), безусловность, полнота или исчерпывающий характер судебного решения. В законе они не названы, поскольку являются производными от требований законности и обоснованности. Однако их выделение позволяет подчеркнуть важность сущностных черт содержания судебного решения[1].

Определенность судебного решения

Определенность решения означает, что в нем решен вопрос относительно содержания прав и обязанностей сторон в связи с тем спором, который служит предметом рассмотрения суда.

Выводы суда должны быть четкими, не допускать неопределенности в утверждении о существовании либо отсутствии между сторонами правоотношения и его существе и содержать ответ на вопросы о том, кому принадлежат права, на ком лежат обязанности, каково их конкретное содержание.

В решении четко указывается способ его исполнения. Российское законодательство не допускает альтернативных решений, резолютивная часть которых строилась бы по формуле “или-или”: обязать ответчика передать истцу имущество или оплатить его стоимость.

Недопустимость вынесения альтернативных решений следует отличать от факультативных решений, возможность вынесения которых предусмотрена гражданско-процессуальным законодательством.

Факультативное решение – это решение, в котором помимо основного предусматривается факультативный способ исполнения решения, предусмотренный для тех случаев, когда может оказаться, что исполнить решение основным способом по объективным обстоятельствам, не зависящим от воли взыскателя, невозможно.

При присуждении имущества в натуре суд указывает в решении суда стоимость этого имущества, которая должна быть взыскана с ответчика в случае, если при исполнении решения суда присужденное имущество не окажется в наличии (ст. 205 ГПК РФ).

В ст. 171 АПК РФ предусмотрено требование о том, что в решении указывается не только наименование имущества, подлежащего передаче истцу, но и его стоимость. Это позволяет арбитражному суду в случае невозможности исполнения решения по заявлению стороны изменить способ исполнения решения, не обсуждая вопрос о стоимости присужденного имущества (ст. 171 АПК РФ).

Безусловность судебного решения

Безусловность решения означает, что в его резолютивной части не должно содержаться указаний на возможность исполнения судебного решения в зависимости от наступления каких-либо условий. Суд делает свой безусловный вывод о правах и обязанностях сторон, изложив его четко и понятно.

Нельзя в решении по иску о восстановлении на работе предусмотреть, что Б. будет восстановлен в должности, если А. уволится.

Полнота судебного решения

Полнота судебного решения означает, что оно содержит исчерпывающие ответы суда по всем заявленным требованиям, как первоначальным, так и встречным.

При вынесении решения по иску о расторжении брака и взыскании алиментов в решении должен быть ответ на каждое требование.

Абсолютных требований к редакции резолютивной части в законе не содержится.

По сложившейся судебной практике в решениях судьи обычно максимально подробно и четко формулируют все удовлетворенные ими требования.

Относительно требований, в удовлетворении которых суд отказал, сформировалось другое правило: в резолютивной части решения суды обычно лишь указывают, что в остальной части заявленных требований отказано.

Например, при удовлетворении требования о расторжении брака и отказе в иске о передаче ребенка на воспитание отцу Иванову И. Н. в резолютивной части суд указывает: “Расторгнуть брак между гражданином Ивановым И. Н. и гражданкой Ивановой А. Т., в остальной части требований отказать”.

Несмотря на то что суд в данном случае не уточнил, какие конкретно требования им отклонены, подобное решение считается полным, поскольку в нем ясно указывается об отказе в той части требований, которые не были перечислены в числе удовлетворенных. Вместе с тем в п.

11 постановления Пленума Верховного Суда РФ “О судебном решении” содержится разъяснение о необходимости и при отказе полностью или частично в заявленных требованиях точно указывать, кому, в отношении какого лица и в отношении каких требований отказано. Если же в резолютивной части совсем ничего не сказано о тех требованиях, которые были заявлены, т.е.

они не названы в числе удовлетворенных требований, такое решение не соответствует требованию полноты. Оно должно быть исправлено вынесшим его судом.

Российское законодательство по общему правилу не допускает так называемых промежуточных решений. Однако в действующем законодательстве есть исключения из этого правила, хотя они и единичны. Случаи, когда возможно вынесение промежуточного решения, предусмотрены в законе. При этом фактически в материалах дела присутствуют два решения.

Например, в резолютивной части приговора по уголовному делу суд признал за гражданским истцом право на удовлетворение иска, но передал вопрос об определении размера возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 309 УПК РФ). В данном случае решение по гражданскому делу обязано воспринять вывод суда по уголовному делу о признании права на удовлетворение иска и определить его причитающийся размер.

Другим примером может служить решение по гражданскому делу, в котором суд признает за несовершеннолетним по достижении им 14 лет право на возмещение вреда, связанного с утратой или уменьшением трудоспособности (п. 2 ст. 1087 ГК РФ)[2].

Арбитражный суд в случае объединения в одном заявлении требования об основании ответственности ответчика и применении мер ответственности может, рассмотрев их в раздельных судебных заседаниях, принять отдельное решение по каждому из требований (ч. 2 ст. 167 АПК РФ).

При отказе в удовлетворении требования об установлении оснований ответственности ответчика арбитражным судом выносится окончательное решение об отказе в иске и требование об определении размера взыскания совсем не рассматривается.

В противном случае, удовлетворив первое требование об установлении оснований ответственности, арбитражный суд выносит промежуточное решение. Затем после перерыва проводится второе судебное заседание для рассмотрения вопроса об определении размера взыскиваемой суммы.

По его результатам арбитражный суд выносит окончательное решение по всем заявленным требованиям, которое заменяет собой предыдущее промежуточное решение (ч. 3 ст. 160 АПК РФ).

Закон предоставляет возможность суду исправить ошибки, допущенные в результате несоблюдения требования полноты судебного решения и вынести дополнительное решение в трех случаях (ст. 201 ГПК и ст.

178 АПК): 1) если по какому-либо требованию, по которому лица, участвующие в деле, представляли доказательства и давали объяснения, не было принято решение суда; 2) если суд, разрешив вопрос о праве, не указал размер присужденной суммы, имущество, подлежащее передаче, или действия, которые обязан совершить ответчик; 3) если судом не разрешен вопрос о судебных расходах.

Источник: //studme.org/74400/pravo/trebovanie_obosnovannosti_sudebnogo_resheniya

Юрист Лукин